Интересное
загрузка...

Активность вблизи Афганистана стала признаком перемен в политике Китая

Активность вблизи Афганистана стала признаком перемен в политике Китая

Китай делает пробные шаги в изучении способов, которые бы пригодились в обеспечении военного присутствия в Центральной Азии – рядом с Афганистаном. Такой вывод делают в экспертной среде, комментируя данные американской The Washington Post о существовании некой базы КНР в Таджикистане. Китайские вложения в эту республику действительно чрезмерно велики, что в общественном мнении страны регулярно порождает дискуссию о необходимости расплачиваться – в том числе частью своей территории.

Центральная Азия – среди приоритетов

Вероятно, к списку тех мест, куда простираются интересы китайского военного руководства, теперь с уверенностью стоит относить Центральную Азию – наряду с Африканским Рогом и Южно-Китайским морем.

Такие выводы делают авторы The Washington Post, которые в течение некоторого времени отслеживали китайскую активность вдоль таджикско-афганской границы. Заключения, к которым склоняется газета, опираются на анализ спутниковых изображений и обрывочных разговоров с представителями Народно-освободительной армией Китая (НОАК).

По этим данным, КНР уже давно создала военные объекты на таджикской территории, которые, как предполагается, должны стать «трамплином» в стратегически важный Ваханский коридор (афганская провинция Бадахшан).

На «базе», которую описывает американское издание, расположены два десятка зданий и смотровых вышек. Во время поездки в этот район журналистам удалось встретить группу китайских военнослужащих, которые закупались в ближайшем к предполагаемой базе населенном пункте.

На бойцах, отмечают в The Washington Post, были знаки подразделений, действующих в китайской провинции Синьцзян, известной своими сложными отношениями с центральной властью и немалым террористическим потенциалом.

Участники одной из германских альпинистских экспедиций подтвердили The Washington Post данные о работе вблизи афганко-таджикской границы китайских патрулей. Американские официальные лица подтверждают, что знают о развертывании китайских военных в Таджикистане, однако говорят, что их цели неизвестны.

Решится ли Китай еще на одну базу

Китай, по укрепившемуся в экспертной среде мнению, не нацелен расширять свое военное присутствие за рубежом: у него нет для этого соответствующих опыта и желания. Однако нельзя не заметить, что в последние несколько лет Пекин на деле доказывает готовность реформировать НОАК.

Так, согласно официальным данным, запущен процесс сокращения сухопутных сил: их численность теперь составляет значительно меньше, чем 50% от всей армии. Надо сказать, что основной (если не сказать – главный) элемент китайской армии – сухопутный.

Однако характер вызовов, стоящих перед Поднебесной, меняется, признают в Пекине. В связи с этим в ближайшие годы китайские власти хотят изменить расстановку акцентов в НОАК, увеличив военно-воздушный и военно-морской компонент, а также сделать упор на стратегической и кибер-безопасности.

Аналитики издания South China Morning Post в связи с этим делают вывод, что КНР готовится вести военные кампании за рубежом. Не ставит ли это вопрос о том, что вскоре Китай пересмотрит и свою текущую позицию по военным базам?

Летом 2018 года в гонконгской газете уже проходили сообщения о том, что КНР приступила к созданию первой военно-тренировочной базы в провинции Бадахшан (северо-восток Афганистана).

Уточнялось, что Поднебесная готова направить туда по меньшей мере один батальон с вооружениями и оборудованием для учебной подготовки военнослужащих из Исламской Республики, которая не справляется с трудностями в сфере безопасности. Речь как раз шла о базировании в Ваханском коридоре, этом треугольнике между Таджикистаном, Пакистаном и китайским Синьцзяном.

Мифы об антикитайских настроениях

«Наиболее невротическое отношение к КНР – в Киргизии, свидетельством чему были антикитайские митинги в начале января в Бишкеке, — заявил порталу «Афганистан.Ру» политолог, эксперт по Центральной Азии Аркадий Дубнов. — На них болезненно реагировали сами китайцы, власти КНР.

На них достаточно адекватно отреагировало киргизское руководство, оно выступило с опровержением основных «вбросов» в публичное пространство. Но киргизы – народ легко возбуждаемый, и кто их заводит, непонятно.

Если одни указывают на американский след, то другие – на российский. Третьи указывают на то, что это организовывают круги, связанные с экс-президентом Атамбаевым, которые хотят скомпрометировать нынешнего президента – Жээнбекова.

В значительной степени все эти случаи искусственны. Что касается Таджикистана, то в нем действительно есть проблема нависающего китайского долга, который соизмерим с ВВП страны. Есть и опасения, что это может привести к выплате Таджикистаном за счет этих долгов какой-то частью территории».

В Казахстане тоже существуют такого рода опасения, признает эксперт. «Есть и исторически объяснимые опасения, — говорит Дубнов. — Но я лично полагаю, что к этому нужно относиться, деля это на шесть: китайцы не настолько примитивны сегодня, чтобы так легко заманивать в свою ловушку некоторые республики.

Правда, они (китайцы – «Афганистан.Ру»), к сожалению, не пытаются серьезно противопоставить этому политику гласности. Они никак не комментируют слухи о лагерях перевоспитания, которые якобы существуют на китайской территории и в которых они пытаются «перевоспитать» китайских граждан неханьской национальности – возможно, этнических киргизов или этнических казахов, научить китайскому языку, ценностям, дать им специальность, чтобы избавить их от бомжевого существования.

Китайцы, к сожалению, пока не научились либо опровергать, либо объяснять, что на самом деле происходит. Это увеличивает фейковое состояние угроз. Узбекистан – там такого рода слухов нет. Да и у них традиционно хорошие отношения с Индией – оппонентом Китая».

Новые тенденции

В экспертной среде говорят, что обычно Китай если не заявляет точные параметры, то, по крайней мере, декларирует намерения в своей внешней политике. «Вот никаких намерений Китай пока не декларировал по поводу такой военной базы в Таджикистане, — заявил порталу «Афганистан.Ру» руководитель Школы востоковедения Высшей школы экономики РФ Алексей Маслов. — Это то, что на поверхности.

Однако, на мой взгляд, есть то, что находится внутри… У Китая, на самом деле, небольшой опыт строительства баз либо за рубежом, либо в приграничных областях. Он этим не занимался. У него только одна зарубежная база – это в Джибути, и то она – в основном заправочная и ремонтная, то есть не полноценная.

Китай, на мой взгляд, сейчас боится делать резкие движения и создавать базы без какой-то подготовки. В связи с этим, мне кажется, сейчас Китай в разных местах будет строить такие тренировочные или ремонтные базы, но не разворачивать их в полной мере».

Вероятно, это стоит считать новым шагом в военной политике КНР, говорит эксперт. «Китай просто изучает эти моменты, — предполагает Маслов. — В военной области Китая есть две тенденции.

Во-первых, это пробные базы. Во-вторых, это самые разные частные военные компании, которые КНР тоже по всему миру содержит, но которые пока являются по сути дела охранными предприятиями. Они работают в рамках китайских газовых и нефтяных корпораций. И Китай пока не умеет использовать ни того, ни другого – он учится. Как только он научится – будет военное развертывание».

Источник новости


Опубликовано: 07.03.19 20:57 | Просмотров: 249 | [ + ]   [ - ]   |
© 2019 All right reserved NewsDiscover.net